ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.

Операции Королевских Новозеландских Военно-Воздушных Сил. Декабрь 1943 – Май 1944 года.

РАБАУЛ, расположенный на северо-восточной оконечности острова Новая Британия, был захвачен японцами 23-го января 1942 года. Его гавань и порт, защищенный сзади покрытыми джунглями горами, превратили его в идеальную военно-морскую и авиационную базу для операций в южной и юго-западной части Tихого Океана. Японцы не теряли времени даром, постоянно увеличивая своё присутствие в этом районе. За короткое время они построили пять аэродромов в окрестностях гавани, и создали там одну из самых высоких концентраций зенитных орудий в мире. Рабаул мог стать трамплином для захвата Соломоновых островов и высадки на Новой Гвинее, но все планы дальнейшей экспансии, включающие захват Порт-Морсби и Новой Каледонии с последующей высадкой на восточное побережье Австралии рухнули в мае 1942 года, после поражения в Коралловом море и американской высадки на Гвадалканале три месяца спустя. Рабаул, тем не менее, все еще представлял непосредственную угрозу Союзникам, и уничтожение этого ключевого узла японского оборонительного периметра стало одной из приоритетных задач всей Тихоокеанской Компании.

Когда в декабре 1943 года началось генеральное наступление союзников, воздушные силы японцев оценивалось в двести боевых самолетов на Новой Британии и ещё девяносто, сосредоточенные в районе Новой Ирландии. Союзники могли противопоставить им пятьсот тридцать один истребитель и бомбардировщик в боеспособном состоянии, дислоцированные на Соломоновых островах. У Королевских Новозеландских Воздушных Сил (RNZAF) было две эскадрильи истребителей, базировавшихся на аэродроме в Ондонга (Ondonga), расположенном на острове Новая Георгия. 14-я, эскадрилья под командованием сквадрон-лидера Дж. Х. Аркрайта, и 15-я эскадрилья, командиром которой был сквадрон-лидер С. Г. Куэйл, были объединены в Новозеландское истребительное авиакрыло. Соединение возглавил винг-коммандер Т. О. Фримэн. Обе эскадрильи проходили свой второй оперативный цикл на Tихоокеанском ТВД, и ранее в этом же году вели боевые действия на Гвадалканале, где уничтожили тридцать один японский самолёт.

ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.
14-я Эскадрилья RNZAF после завершения оперативного цикла на Гвадалканале. Эспириту Санто, апрель 1943 год.

Первая крупная воздушная операция на Соломоновых островах, направленная против Рабаула состоялась 17-го декабря 1943 года. В налёте принимала участие объединенная группа из восьмидесяти самолётов – американских «Корсаров» и «Хэллкэтов», к которым присоединились двадцать четыре «Киттихаука» из обеих новозеландских эскадрилий, вылетевшие из Ондонги в 5.30 утра. Командир авиакрыла лично возглавил своих пилотов. Сначала группа перелетела на авиабазу Торокина (Torokina) в заливе Императрицы Августы, для дозаправки горючим. Здесь график полёта пошёл наперекосяк, из-за двух повреждённых американских самолётов, совершавших аварийную посадку на ближайшую взлётно-посадочную полосу, В результате новозеландская авиагруппа оказалась расколотой надвое, первая группа, во главе с Фримэном взлетела в 9 часов утра, вторая, под командованием Куэйла, стартовала на двадцать минут позже.

Новозеландцы летели звеньями по четыре и в двадцать минут десятого первые два звена ведомые Фримэном и Аркрайтом, пересекли побережье Новой Британии над заливом Кабанга(Kabanga), в двадцати милях к юго-востоку от Рабаула, на высоте двадцать тысяч футов. На этот момент в третьем звене осталось только два самолёта – у одного отказал генератор, а второй повернул назад из-за неполадок с кислородным оборудованием.

Барражируя над целью, пилоты поняли, что захватили врага врасплох, поскольку зенитные батареи всё ещё не открывали огонь, и в воздухе не было видно никаких японских самолётов, хотя столбы пыли поднявшиеся на аэродромах, ясно давали понять, что противник поспешно поднимал свои истребители в воздух. Погода, за исключением слоя тонкого слоя облаков, повисших на двадцати одной тысяче футов, была идеально ясной, и можно было хорошо разглядеть самолёты, выстраивающиеся в линию на взлетно-посадочных полосах.

В то время как соединение совершало третий круг над Рабаулом, четыре «Зеро» внезапно вынырнули из облаков, и стремительно атаковали два оставшихся самолёта третьего звена. Один из них получил попадание снаряда в правое крыло. Аркрайт моментально бросил своё звено на выручку, заложив глубокий вираж вправо, но не удержал машину и сорвался в штопор. С его ведомым произошло то же самое*. Остальная часть звена спикировала, чтобы защитить своих товарищей на выходе из штопора. Но перед этим сержант А. С. Миллс на короткой дистанции успел-таки всадить в один из японских истребителей очередь, и видел, как тот развалился напополам.

Аркрайт вновь набрал высоту и соединился со своим звеном. На хвосте Миллса висел ещё один «Зеро», и он в паре с флайт-офицером М. Э. Дарком защищали друг друга, змейками** уклоняясь от вражеских атак.

После перестроения, звено дважды пыталась дважды соединиться с «Киттихауками», ведущими бой над Рабаулом, но каждый раз подверглось атакам японцев и в конечном итоге повернули на свой аэродром. Японцы ещё миль сорок преследовали их над морем.

Первое звено, тем временем, атаковало самолеты, которые пытались взлететь с аэродромов Рабаула. Фримэн и его ведомый, Флайт-сержант Э. Си. Лурье, спикировали на восьмь или девять Зеро над Прэйд Пойнт. Каждый из них сбил по вражескому самолёту, но «Kиттихаук» Лурье получил попадание в крыло когда выходил из пикирования, чтобы пристроиться к Фримэну. Лурье был вынужден повернуть домой. Он пристроился к самолёту Дарка, который стряхнул японца с хвоста Миллса. Чуть позже они увидели над морем одинокий «Киттихаук», за которым тянулся шлейф дыма и гликойля. Семь или восемь «Зеро» клевали его со всех сторон, но каким-то чудом лётчику пока удавалось уклоняться от их атак. Дарк и Лурье бросились на помощь. Как оказалось, это был самолет Фримэна. Вместе три «Киттихаука» на какое-то время избавились от противника. Фримэн дотянул до побережья Новой Ирландии, где начал кружить над долиной в поисках места для вынужденной посадки. Остальные лётчики прикрывали его, сколько могли, до тех пор, пока Лурье не подвергся новой атаке. Дарк отогнал наседавших японцев, но когда новозеландцы вернулись, самолёт Фримэна бесследно исчез.

Вторая пара – Флайт-лейтенант М. Т. Ван Дер Памп*** и его ведомый, Флайт-лейтенант Дж. О. МакФерлейн на пикировании атаковали восемь «Зеро», которые барражировали над кораблями в гавани. Ван Дер Памп сбил самолет над заливом Талили (Talili), затем атаковал «Зеро», который уже успел открыть огонь по его ведомому, и вогнал его в джунгли у подножья горы Туанумбатир (Towanumbatir), к северу от Рабаула. Но помочь МакФерлейну он так и не успел. Сразу же после этого на Ван Дер Пампа обрушились несколько «Зеро» на помощь которым подоспели армейские «Кi61». Новозеландцу ничего не оставалось, как пикированием уходить в сторону Рабаула, продираясь сквозь море зенитного огня, в зону которого японцы не рискнули за ним последовать. МакФерлейн так и не вернулся назад.

Из второй группы, которая вылетела из Торокина спустя двадцать минут после первой, только третьему звену, возглавляемому флайт-лейтенантом П. С. Грином, удалось вступить в бой. Группа шла на высоте шестнадцать тысяч футов, под прикрытием четырёх американских «Корсаров», державшихся на пять тысяч футов выше. Они обнаружили группу из пятнадцати «Зеро» над островом Креднер(Credner) в проливе Сент-Джордж. Было похоже, что японцы не видели их, поскольку вели себя на удивление мирно. Так как у американцев было преимущество в высоте, Грин приказал парам своего звена разойтись в стороны, предоставляя «Корсарам» возможность первыми атаковать противника. Японские истребители бросились в разные стороны, выходя из-под удара, три из них спикировали к самой поверхности воды. Новозеландцы тут же атаковали их. Флаинг-офицер Х. Дж. Меарри (H. J. Meharry) догнал одного из японцев, и открыл огонь с дистанции в семьсот ярдов. Меарри продолжал атаку, пока расстояние до цели не сократилась до трёхсот. Из корневой части крыла «Зеро» показался дым, затем весь фюзеляж моментально охватило пламя. Перевернувшись вверх колёсами, японский истребитель рухнул в море. Остальные над самыми верхушками деревьев ушли вглубь острова.

Это позволило Королевским Новозеландским ВВС записать на свой счёт пять из девяти вражеских самолётов сбитых в тот день. RNZAF потеряли только два «Киттихаука», но в лице Фримэна лишились одного из наиболее выдающихся командиров. Операция убедительно доказала, что самолёты союзников могли успешно действовать даже против этой наиболее защищённой базы противника в южной части Тихого океана.

————————————————————————–
*  В авиации союзников используется обозначение «номер 1-й» для ведущего и «номер 2-й» для ведомого. В переводе я пользуюсь терминологией принятой в Российской авиации.
**  У Новозеландцев был принят слэнговый термин «переплетаться», обозначающий взаимное прикрытие пары истребителей по очереди защищающих хвост друг друга, такой приём называется «ножницы» или «змейка». В дальнейшем будет использоваться этот термин.
***  В тексте «M. T. Vanderpump». Я взял на себя ответственность написать голландскую фамилию, так как она должна писаться по-голландски.

ЭСКОРТИРОВАНИЕ БОМБАРДИРОВЩИКОВ

Так как «Киттихауки» не обладали большим потолком, обычная задача новозеландских пилотов при нанесении бомбовых ударов по Рабаулу заключалась в непосредственном прикрытии американских бомбардировщиков. Немного выше ударного соединения и прикрывающих его новозеландцев располагались «Хэллкэты» сковывающей группы, прикрытие на средних высотах, как правило, осуществляли «Корсары», а главные силы прикрытия, состоящие из «Лайтнингов» или «Корсаров» шли на высоте примерно двадцать пять тысяч футов. «Китихауки» непосредственного прикрытия должны были постоянно оставаться рядом с бомбардировщиками, чтобы защитить их от любого самолета противника, которому удалось бы прорваться через этот тройной заслон. Это была роль, которая предполагала железную дисциплину в полёте, поскольку часто это означало упущенный шанс атаковать врага.

Степень ответственности хорошо иллюстрирует обращение к своим подчинённым командира одной из новозеландских эскадрилий:

-«У вас должно быть две пары глаз – одна на лице вторая на затылке, и обе пары вы должны постоянно держать открытыми. Не забывайте про солнце. Работайте как одна команда, и превыше всего ставьте безопасность своих товарищей. Они в свою очередь отплатят вам той же монетой.

Это обеспечит всей эскадрилье лучшее взаимопонимание и необходимую поддержку друг друга в бою. Бдительно следите за своим лидером подразделения и негласно поддерживайте его. Он знает то, что он делает. Именно поэтому он – лидер. Никогда не отрывайтесь от своих товарищей или от бомбардировщиков, которые Вы защищаете. Если Вы отстали от своих, нагоняйте их как можно быстрее, и никогда не летайте по прямой и на одной высоте больше пяти секунд. В случае необходимости «переплетайтесь» с любым из своих товарищей. Соблюдайте тишину в эфире. Доложите своему лидеру то, что считаете необходимым медленно, кратко и спокойно, после чего прекратите передачу.

Никогда не думайте, что бой окончен, даже по пути домой. Не вздумайте ввязаться в драку, прежде чем вы достигли цели. Не дёргайтесь*. Соображайте быстро, принимайте решения немедленно и одновременно действуйте. Наконец никогда, никогда, и еще раз НИКОГДА не отрывайтесь от своих товарищей»

Столь категорические требования к пилотам были продиктованы жестокой действительностью. Р-40 уступали «Зеро» практически по всем параметрам, кроме скорости на пикировании, и могли победить японцев только при блестящем взаимодействии.

После разведки боем состоявшейся 17-го декабря, на следующий день должен был последовать бомбовой авиаудар, но из-за отвратительных погодных условий налёт отложили. Но уже 19-го декабря, на бомбардировку Рабаула отправились американские «Либерейторы» с Гуадалканала. Истребительное Авиакрыло RNZAF обеспечивало часть эскорта. 16-я Эскадрилья, которую на этот раз возглавил Ван Дер Памп, и 17-я, под командованием сквадрон-лидера П. Г. Х. Ньютона, подняли в воздух по двенадцать самолётов каждая. За несколько дней до этого, 17-я сменила в Ондонге 14-ю эскадрилью, которая должна была возвратиться в Новую Зеландию, поскольку закончился её второй оперативный цикл.

ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.
16-я эскадрилья в воздухе.

Kиттихауки взлетели со своей базы в Ондонге в шесть часов утра, перелетели в Торокина для дозаправки горючим, и вышли в точку рандеву с бомбардировщиками над Бугенвилем в расчётное время 11.30 утра. Вместо сорока восьми бомбардировщиков только девятнадцать достигли точки сбора, из-за чего боевое построение авиагруппы происходило с некоторой нервозностью. Еще два бомбардировщика повернули назад из-за технических неисправностей. Оставшиеся «Либерейторы» разделились на группы по семь, шесть и четыре самолёта. Эскадрилья Ньютона, покрывала первую группу, а пилоты Ван Дер Пампа другие две. В конце-концов соединение взяло курс на Рабаул.

На пути к цели бомбардировщики заняли эшелон на высоте двадцать тысяч пятьсот футов, из-за чего нескольким новозеландцам пришлось вернуться, потому что их Kиттихауки не могли держать эту высоту. Среди них был и Ван Дер Памп.

Над Рабаулом самолёты союзников встретил шквал зенитного огня, но серьёзных повреждений бомбардировщики не получили. Японские истребители не появлялись в воздухе до тех пор, пока Либерейторы, освободившись от бомбового груза, не повернули обратно. В этот момент четвёрка «Зеро» атаковало последнюю группу с задней полусферы. Несколько выше бомбардировщиков флайт-лейтенант Дж. Х. Миллс из 17-й Эскадрильи «переплетался» со своим ведомым, флайт-сержантом Д. А. Уильямсом, Едва новозеландцы развернулись наперерез японским истребителям, пара «Зеро» моментально вышла из боя, но два других вышли из пикирования на две тысячи футов ниже бомбардировщиков, и попыталась их атаковать. Миллс успел перехватить их и всадил две очереди в фюзеляж ведущей машины. Японец отчаянным виражом уклонился от атаки, но лишь для того, чтобы попасть под огонь Уильямса следовавшего за своим ведущим и бывшего начеку. Получив ещё пару очередей, самолёт противника завертелся вокруг своей оси и, перевернувшись, вошёл в неуправляемое пике.

Отвратительная погода в конце декабря постоянно путала союзникам все карты, но в Сочельник Новозеландские эскадрильи, возглавляемые Аркрайтом и Ньютоном, совместно с двадцатью четырьмя американскими «Хэллкэтами» предприняли очередную операцию по завоеванию господства в воздухе над Рабаулом**. Ударное соединение располагалось в несколько эшелонов по высоте и «Киттихауки» новозеландцев занимали самый нижний.

Более сорока японских истребителей пошли на взлёт, когда авиагруппа находилась приблизительно в десяти милях к северо-востоку от города. Новозеландцы сразу же атаковали их на пикировании, стремясь перехватить японцев прежде, чем они наберут высоту. Каждая эскадрилья выбрала себе для атаки определённую группу самолётов противника, но сковать боем всех японцев не удалось. Вскоре ожесточённая «собачья свалка» развернулась на всех высотах от восемнадцати тысяч футов до самой поверхности моря, и с каждой минутой число участвующих в ней самолётов возрастало. Хотя японские самолеты превосходили «Киттихауки» в маневренном бою, новозеландцы постоянно атаковали их. После первой атаки на пикировании они поменялись с японцами ролями, и во время набора высоты преимущество целиком было на стороне противника. Однако «Киттихауки» хорошо показали себя в этих схватках, сбив несколько Зеро и повредив многие из них.

ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.
Пилоты 17-й эскадрильи RNZAF перед первым вылетом на сопровождение бомбардировщиков Л. Е. Брэдли, И. А. Спидди, Д.Л. Джоунс, Д.А. Уилльямс, П. С. Уорсп, Джей. Х. Миллс, П. Г. Х. Ньютон, А. Г. С. Джордж, Б. Х. Томпсон, Р.Х. Ковик, Джей. Эдвардс, Б.А. МакХардик.

Этот бой был позже детально описан командиром 17-й эскадрильи сквадрон-лидером Ньютоном:

-«По пути к цели мы увидели облака пыли, поднимающиеся на аэродроме Тобера. Когда мы были приблизительно в пяти милях к юго-востоку от Прэйд Пойнт, бандиты двумя группами, более чем по двадцать самолётов каждая, уже понимались в воздух с нашей стороны бухты. Дальняя группа находилась немного выше, чем более близкая. Аркрайт, со своей 16-й, спикировал на ту, что находилась ближе, а мы атаковали дальнюю. Чтобы избежать неразберихи, атака координировалась по радио.

ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.
Cквадрон-лидер П. Г. Х. Ньютон

Я избрал объектом своей атаки один из «Зеро», летящих в свободном строю, поскольку японцы ещё не успели построиться в боевой порядок, и открыл огонь на расстоянии триста ярдов до цели. Японец попытался уйти из-под огня, но я продолжал стрелять из положения «в три четверти», прочно удерживая самолёт врага в прицеле, поскольку следовал за ним на вираже до тех пор, пока не зашёл ему точно в хвост. Центроплан японца охватило пламя, и от самолёта полетели куски обшивки. Ещё секунда, и «Зеро» рухнул вниз. Я видел ещё много самолетов, сбитых эскадрильей в этой первой атаке. Я сделал левый разворот в поисках следующей цели. В небе вокруг было полно своих и вражеских самолётов. Слева я увидел «Зеро», который на одной высоте со мной вошёл в вираж, погнавшись за моим хвостом. Я в свою очередь развернулся, заходя в хвост ему, и выпустил секундную очередь с расстояния в двести пятьдесят – триста ярдов. «Зеро» попытался уйти левым разворотом, но когда он выходил из виража, я всё ещё висел у него на хвосте в каких-то двухстах ярдах. Двух-трёх секундная очередь, вошедшая противнику точно в фюзеляж, довершила дело. Японец лениво перевернулся через крыло, вошёл в правую спираль, а затем пошел прямо вниз, очевидно потеряв управление.

ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.
Р40N1 Kittyhawk IV серийный номер NZ 3126. 17-я Эскадрилья RNZAF Cквадрон-лидер Гай Ньютон, Авиабаза Ондонга, Нью Джорджия январь 1944 года.

В небе вокруг приблизительно двенадцать P40-х сцепились с массой «Зеро» и я без труда обнаружил новую цель. Теперь мы были приблизительно на двенадцати тысячах футов. Я атаковал японца, и поскольку он начал пологий разворот налево, я энергичным правым виражём успел догнать его, и оказавшись примерно в трёхстах ярдах позади, выпустил короткую очередь. Японец левым переворотом попытался стряхнуть меня, но как только он выправился, я выпустил длинную очередь точно ему в хвост. Он медленно перевернулся через правое крыло и отвесно пошёл вниз. Я тоже спикировал, чтобы не выпускать его из виду, выпустил ещё насколько коротких очередей, и видел свои трассы, входящие в фюзеляж. Несмотря на то, что высота стремительно уменьшалась, я не отворачивал до тех пор, пока «Зеро» не упал в море. Почти сразу за ним в воду рухнул ещё один японец, и я хорошо это видел, поскольку ещё не успел набрать высоту. Возможно, это был тот самый «Зеро», который я атаковал перед этим и оставил когда тот начал падать, потеряв управление.

Я начал было набирать высоту, но был перехвачен шестёркой «Зеро», которых попытался отогнать несколькими неприцельными очередями. Но японцы наседали со всех сторон, и у меня не оставалось другого выхода, как вновь круто спикировать к воде. Даже с полностью открытым дросселем я не мог оторваться от врага, пока, уходя вправо над самой водой, не оказался над островами Герцога Йоркского. По счастью здесь был другой Киттихаук, находившийся в таком же затруднительном положении, и нам удалось защитить друг друга, «ножницами» отгоняя своих противников. Поскольку Зеро отстали, мы повернули назад к месту боя. Неподалёку я обнаружил ещё четыре «Киттихаука», направлявшихся к пункту сбора над мысом Сент-Джордж, и, поскольку бой над Рабаулом казалось стихал, мы тоже повернули туда, но были немедленно атакованы сверху шестью – восьмью «Зеро». За счёт преимущества в скорости нам удалось догнать «Киттихауки», и пристроится к своим. Я увидел P40 летящий низко над водой позади меня в направлении Рабаула, развернулся, чтобы прикрыть его, но не успели мы завершить оборонительный маневр, как мой случайный напарник получил сразу несколько попаданий. За его самолетом потянулся шлейф дыма, и он упал в море милях в десяти к северо-западу от мыса Сент-Джордж. Я ушел вправо вниз к самой воде с полностью открытым дросселем и двумя «Зеро», висящими у меня на хвосте и азартно поливающими меня из всех стволов. По счастью, мне удавалось уклонялся от их атак энергичным скольжением, и большая часть трассирующих пуль из их пулемётов калибра 7.7 миллиметра уходила в море над моей головой. «Зеро» оставили меня в покое примерно в пяти милях от мыса Сент-Джордж, где я присоединился к пяти или шести нашим самолётам, после чего мы взяли курс на Tорокина, где и приземлились в 13 часов».

ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.
Рапорт офицеру разведки сразу после возвращения из боя

ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.
Доска боевого счёта. Ондонга 1944г

С точки зрения количества уничтоженных самолётов противника, это была самая успешная операция Новозеландского Истребительного Авиакрыла за всю войну. Двенадцать японских самолетов были сбиты, четыре более вероятно уничтожены, а многие повреждены. RNZAF потеряли семь самолётов, но двоих пилотов удалось спасти. Пайлот-офицер К. В. Старнес потерпел аварию, едва вылетев из Торокина, и был спасен практически сразу. Флайт-сержант Уильямс был сбит над проливом Сент Джордж и проболтался шесть часов в воде, прежде чем был обнаружен спасательной «Каталиной». Несмотря на то, что в Торокина Уильямс был помещён в госпиталь с несколькими лёгкими огнестрельными ранениями, состояние его опасений не вызывало. Погибли пять лётчиков – флайт-лейтенанты А. В. Бьюкеннен и П. С. Уорсп, пайлот-офицеры М. Э Дарк. и Д. Б. Пейдж, и флайт-сержант Р. Х. Ковик.

По сравнению с ней, следующая операция была почти беспрецедентна. Это произошло на Рождество, когда семнадцать самолетов RNZAF действовали как непосредственное прикрытие двадцати четырех американских «Либерейторов». На этот раз японцы успели поднять истребители на перехват, и атаковали соединение над целью. «Киттихауки» 16-й Эскадрильи отогнали несколько «Зеро» прорвавшихся через высотное истребительное прикрытие, добившись нескольких попаданий, но удалось ли сбить кого-нибудь из японцев, достоверно так и не было установлено. Это был последний рейд 16-й Эскадрильи на Рабаул во время этого оперативного цикла, и в конце года она возвратилось в Новую Зеландию. В Ондонге её сменила 15-я Эскадрилья.

В течение декабря сто сорок четыре японских истребителя были уничтожены, ценой потери двадцати трех истребителей и одного бомбардировщика союзников. Когда 17-го декабря началось воздушное наступление на Рабаул, аэродром Toрокина в заливе Императрицы Августы, использовался как авиабаза первой линии только в течение двенадцати дней, да и тогда на нём постоянно находилось не больше дюжины истребителей. Остальные, в том числе и «Kиттихауки» RNZAF, базировались дальше к югу, и должны были использовать Торокина как промежуточный аэродром для дозаправки горючим на пути к Рабаулу

Однако в течение первых двух недель января 1944 года, большое количество самолётов было переброшено в Торокина, что немедленно увеличило интенсивность воздушных ударов по Рабаулу, и что в свою очередь привело к ожесточённому противодействию истребителей противника, прежде всего американцам.

————————————————————————–
* Идиоматическое выражение дословно звучит «Не делайте блок» Перевод достаточно вольный от приведённого в тексте, до «Не суетись под клиентом».
** Дословно переводится как «операция по зачистке» но применительно к авиации звучит абсолютно некорректно.

ПРОГРЫЗАНИЕ ОБОРОНЫ

Впервые союзники были вынуждены применять средние и легкие пикирующие бомбардировщики, так как истребители противника постоянно висели в воздухе, а массированные удары тяжёлых бомбардировщиков с больших высот, хотя и были чрезвычайно эффективными и разрушительными, но не могли достичь главной цели компании: уничтожения японских аэродромов.

Первая атака легких бомбардировщиков планировалась на 5-е января, но погода в районе цели была столь отвратительной, что «Донтлессы» и «Эвенджеры» были вынуждены возвратиться ни с чем. Вторая попытка была предпринята два дня спустя и снова потерпела неудачу. Воздушное и зенитное прикрытие Рабаула всё ещё было чрезвычайно эффективным, вдобавок основная цель, аэродром Toбера, была закрыта сплошными облаками. После пары неудачных попыток выйти на цель бомбардировщики направились к запасным целям на мысе Сент-Джордж на Новой Ирландии.

17-я эскадрилья сопровождавшая бомбардировщики сбила два «Зеро», но один из «Киттихауков» был поврежден зенитным огнём.

ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.

ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.

ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.

В Рабауле японцам удалось создать самую сильную противовоздушную оборону на всём театре военных действий. Концентрация зенитных орудий вокруг охраняемых объектов была беспрецедентной. На фотографиях: позиции трёх и двуствольных зенитных автоматов и поисковых прожекторов. Рабаул 1944 год.

9-го января долгожданная атака на Тоберу наконец-то состоялась. 15-я эскадрилья, которую возглавлял флайт-лейтенант К. Р. Буш, сопровождала «Донтлессы». Новозеландцы не встретила в воздухе практически никакого сопротивления кроме попытки безуспешной атаки фосфорными бомбами*, но 17-я, прикрывавшая «Эвенджеры», столкнулось не менее чем с двумя десятками Зеро, сбросившими фосфорные бомбы, а затем атаковавшими соединение. Сквадрон-лидер Ньютон сбил два, а флайт-лейтенант Эй. Джи. С. Джордж (A.G.S.George) ещё один истребитель врага, но эскадрилья потеряла двух прекрасных пилотов, флаинг-офицеров А. Б. Слэдена и Д. Л. Джоунса. Они выбросились с парашютами над морем из подбитых машин, и хотя их спасательные шлюпки были замечены патрульной «Вентурой» они затерялись в океане прежде, чем спасательной «Каталине» удалось до них добраться.

Обычно союзники придерживались следующей тактики: Бомбардировщики подходили к цели на высоте приблизительно в пятнадцать тысяч футов, снижались до восьми тысяч, а затем пикировали для прицельного бомбометания. Во время атаки аэродромов «Донтлессы» начинали первыми, прицельно сбрасывая бомбы на зенитные батареи с высоты две тысячи футов, и после выхода из пикирования с максимальной скоростью уходили от цели примерно на тысячефутовой высоте. «Эвенджеры» атаковали почти сразу после первой волны, пикируя до высоты тысячи футов прежде чем сбросить бомбы на взлётно-посадочные полосы и выходили из пикирования на высоте восемьсот-девятьсот футов. Задача истребителей состояла в том, чтобы барражировать выше бомбардировщиков на подходе к цели. Сковывающая группа постоянно оставалась на высоте, чтобы в случае необходимости связать боем перехватчики противника. Истребители непосредственного прикрытия всегда следовали за пикировщиками вниз, чтобы в случае необходимости защитить их на выходе из пикирования. Это всегда был самый опасный момент всей операции.

На протяжении января и февраля союзники практически ежедневно совершали налёты на Рабаул, за исключением тех дней, когда погодные условия не позволяли действовать пикировщикам. «Неблагоприятная погода», как правило, означало, что над Новой Британией, на высотах от сорока до тысячи футов над уровнем моря, простирался сплошной фронт кучевых облаков, с тропическим ливнем под ними. В таких условиях обнаружить цель было абсолютно невозможно, и ударному соединению постоянно приходилось искать альтернативные варианты для атак. Несмотря на это истребители RNZAF в течение января приняли участие в тринадцати успешных авианалётах, каждый раз осуществляя непосредственное прикрытие для американских «Митчеллов» или своих «Донтлессов» и «Эвенджеров». Этот несомненный успех новозеландских пилотов не в последнюю очередь стал возможным благодаря действиям наземного персонала из «соединений обслуживания»**. Едва возвратившийся самолет успевал приземлиться, как его буквально атаковал технический персонал авиабазы. Если машина не имела повреждений или технических неисправностей, техники перевооружали и заправляли её горючим в предельно сжатые сроки, после чего самолёт был полностью готов к следующему вылету.

ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.
ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.

————————————————————————–
* «Зеро» мог нести две специальные фосфорные авиабомбы класса «воздух-воздух». Бомбы предполагалось сбрасывать на соединения вражеских бомбардировщиков. При взрыве, в радиусе 20-ти метров должен был образоваться ливень зажигающих осколков. По идее, взрыватели должны были срабатывать на высоте пятиста метров. Впервые были применены над Рабаулом 2-го декабря 1943 года в «Кровавый вторник» Масаджиро Кавато.Подробнее: http://modelizmspb.temza.ru/temas/tihokean/statia/bloodvtornik-1.html.
** Командование RNZAF прекрасно осознавало, в каких условиях находятся пилоты и наземный персонал, и всячески пыталось облегчить их положение. Приблизительно с средины 1943-го года создавались специальные «Соединения обслуживания» (Sеrvice Unit (S.U.) в задачу которых входило техническое обеспечение боевых подразделений. Именно соединения обслуживания, находившиеся на аэродромах первой линии, получали новые самолёты и вводили их в эксплуатацию. Подробнее: http://modelizmspb.temza.ru/temas/tihokean/statia/korsarsl-1.html.


РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНЫЕ ОПЕРАЦИИ БОМБАРДИРОВЩИКОВ

«С самого начала воздушного наступления на Рабаул, 1-я разведывательно-бомбардировочная эскадрилья RNZAF, которой командовал сквадрон-лидер Х. К., Уокер была размещена на Гуадалканале с отдельным звеном базировавшимся на аэродроме Мунда (Мunda). Самолеты эскадрильи должны были следовать за ударными группами к Новой Британии, чтобы определить и сообщить о местоположении пилотов, сбитых над морем и барражировать над ними до тех пор, пока на сцене не появится «Дамбо» (Dumbo), как на жаргоне называли спасательные гидросамолёты «Каталина». С начала февраля до конца марта, спасательные операции осуществляли «Каталины» из состава 6–й эскадрильи RNZAF, отдельное звено которой базировалось на островах Казначейства специально для этих целей. В целом они подобрали двадцать восемь оставшихся в живых новозеландских и американских пилотов, сбитых над Рабаулом, и совершивших вынужденную посадку на воду или выбросившихся с парашютом из подбитых машин.

ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.
«Дамбо» – спасательная «Каталина» из состава 6-й Эскадрильи RNZAF.

«Вентуры» 1-й эскадрильи несли спасательные шлюпки, которые могли быть сброшены в случае необходимости, а также бомбы для использования после того, как они закончили своё патрулирование. Первый вылет для поиска сбитых лётчиков был выполнен двумя Вентурами с аэродрома Мунда(Munda) 23-го декабря. Они следовали за соединением Либерейторов, направляющихся в Рабаул, но не обнаружили спасавшихся, и на пути домой сбросили бомбы на мыс Сент Джордж на Новой Ирландии. Каждый самолёт подвергся нападению звена из трёх Зеро, но, кроме единственного попадания осколка от зенитного снаряда, оба возвратились в Мунда без повреждений.

На следующий день Пайлот-Офицер Д. Ф. Эйсон и Флаинг-Офицер Р. Дж. Элфорд вылетели на своих «Вентурах» на аналогичное задание. Над каналом Сент-Джордж Элфорд увидел, как кто-то из сбитых пилотов махал ему рукой со своего спасательного плотика, но прежде, чем Элфорд успел передать на базу его координаты, новозеландцев атаковала тройка «Зеро». Стрелки отбили нападение, зафиксировав несколько попаданий, но их собственный самолет был поврежден прежде, чем успел достичь спасительных облаков и сообщить о сбитом лётчике. Эйсон, в другом самолете, барражировал выше входа в канал Сент-Джордж. Он видел, что «Либерейторы» прошли выше его самолёта, и в 13 часов 15 минут пополудни вслед за ними взял курс на Торокина, одновременно набирая высоту, чтобы пристроится к американцам. Пять минут спустя стрелок его верхней турели, флайт-сержант Г. Э. Ханна, обнаружил два «Зеро», пикирующих с высоты на их одинокую «Вентуру»

Одновременно (докладывал Ханна в своём рапорте), я развернул турель вправо, и выпустил трассирующую заградительную очередь по паре «Зеро» атаковавшей нас из положения на семь или восемь часов, на одной высоте с нами. В следующий момент на дистанции приблизительно девятьсот ярдов я увидел два других «Зеро» заходящих со стороны гавани на пяти часах. Я продолжал вести огонь по японцам, заходившим справа, до тех пор, пока они не прошли над нами и присоединились к паре, заходившей со стороны гавани. Какой-то «Зеро» развернулся над портом в девятистах ярдах и атаковал нас на пологом пикировании с пяти часов. Мне удалось держать его в прицеле не менее пяти секунд. Он прервал атаку в каких-то семидесяти ярдах и проскочил над нами в направлении приблизительно на два часа.

К этому времени два «Зеро», которые были выше нас, снизились до нашей высоты и пошли на сближение, из положения один на пять, а другой соответственно на шесть часов, одновременно открыв огонь на сближении. Я ждал, пока они не приблизились на дистанцию эффективного огня, что составляло примерно четыреста ярдов. Они прервали атаку приблизительно в трёхстах пятидесяти ярдах, и ушли вверх за нашим хвостом. Я успел всадить во второго японца длинную очередь, но потерял его из виду, поскольку другой атаковал нас из положения на четыре часа всего с трёхсот ярдов. Я выпустил ответную очередь, и видел попадания пяти или шести трассирующих снарядов. Он прошёл прямо над нами и сразу начал терять высоту. Я успел заметить, как он падает в воду. Пара японцев находилась в мёртвой зоне, приблизительно в пятистах ярдах со стороны порта, а еще два заходили с правого борта. Первый был уже в восьмистах ярдах, расстояние до второго составляло примерно тысячу. Пара со стороны порта атаковала нас на четырёх часах. Я выпустил по ведущему очередь с упреждением, и видел, как трассирующие пули прошли вдоль его фюзеляжа от кабины до хвоста. Он немедленно прервал атаку, и отвернул на дистанции ярдов в шестьсот.

Примерно тогда же неопознанный самолет появился приблизительно на трёх часах. Он увеличил скорость на снижении, прошёл перед нами, и развернулся, как будто хотел атаковать с двух часов. Я уже нажимал на гашетку, когда в последний момент услышал предупреждение, о том, что это «Корсар», успел развернуть турель, и моя очередь прошла далеко в стороне от него. В то время как это происходило, мы все еще подвергались атакам с задней полусферы. Я вертел вкруговую свою турель в поисках противника, и сумел засечь ещё один вражеский самолет, атакующий приблизительно на шести часах. Японец прервал атаку в шестистах ярдах и прошел под нами. Затем он снова появился на шести часах, и мне удалось вести по нему огонь не менее семи секунд. Я видел, что мои трассы поразили двигатель, поскольку он разворачивался вправо. Японец рванулся вверх, сделал правый полупереворот, а затем пошел прямо вниз и разбился о воду. В то время как атаки достигли своего апогея, стрелок-радист флаинг-офицер С. П. Олдридж, предупреждавший по внутренней связи о появлении самолётов противника и окружающей обстановке был ранен, и штурман, уоррент-офицер В. Н. Уильямс занял его место. Тем временем наш самолет получил многочисленные повреждения. Во время одной особенно опасной атаки, я услышал грохот попаданий прокатившиеся по всему фюзеляжу и спикировал к воде, уклоняясь от огня правым скольжением. (сообщил пайлот-офицер Эйсон). В этот момент самолёт стал почти неуправляем. Скорее всего, были повреждены тяги управления, и самолёт едва реагировал на движения штурвалом.

Когда мне сообщили, что японцы отстали, я окликнул экипаж, и выяснил, что Уильямс оказывает Олдриджу первую помощь. Я проверил шасси и крышки, и, когда до аэродрома оставалось приблизительно полчаса полёта, передал на контрольную вышку, что у меня на борту раненый, нуждающийся в медицинской помощи, и потребовал очистить взлетно-посадочную полосу, поскольку посадка была аварийной. Но, несмотря на то, что я приземлялся практически без рулей, всё закончилось благополучно. Думаю, что моя команда проделала нелёгкую и действительно замечательную работёнку.

По мнению Флайт-Сержанта Ханны, японские пилоты показали выдающуюся технику пилотирования, но неоднократно выставляли животы своих Зеро под огонь во время разворота при выходе из атаки. Возможно, он нанёс противнику гораздо больше повреждений, но даже по самым скромным подсчётам, два «Зеро» были засчитаны как сбитые, а ещё три повреждены. Впоследствии на основании рапортов членов экипажа командование изменило счёт на три уничтоженных и два повреждённых. Этот подвиг, замечательный для «Вентуры», был отмечен личной поздравительной телеграммой Генерала Р. Дж. Митчелла, американского командующего воздушными силами северного сектора Соломоновых Островов.

В ней Митчелл написал Эйсону и его экипажу: «Скопытился ещё один убогий – два сбитых и три поврежденных Джапа – прекрасный повод повеселиться в Рождество»* (Не цитируемо).

В течение следующих двух месяцев, самолёты 1-й эскадрильи почти ежедневно отправлялись на поиски оставшихся в живых, и помогли спасти многих сбитых лётчиков. Когда соединение возвратилось в Новую Зеландию в середине февраля, эстафету у него приняла 2-я разведовательно-бомбардировочная Эскадрилья RNZAF, под командованием Сквадрон-Лидера А. Б. Гринуэя. Она появилась на Гуадалканале 15-го февраля, а 17-го одно из её звеньев перелетело в Мунда. 22-го вся эскадрилья перебазировалась в Мунда, и оставалась там до тех пор, пока в конце апреля не была передислоцирована на Бугенвиль. Её главная задача, которую новозеланцы выполняли совместно с базировавшимися на Мунда американскими эскадрильями, состояла в том, чтобы ежедневно патрулировать треугольник между северными Соломоновыми островами, восточной оконечностью Новой Гвинеи, и восточным побережьем Новой Британии, для поиска и уничтожения вражеских субмарин и транспортных судов. Эскадрилья редко принимала участие в налётах непосредственно на Рабаул, поиски вражеских судов и собственных сбитых лётчиков в перерывах между бомбёжками объектов на Шуазеле, Бугенвиле, и Новой Ирландии не оставляли для этого времени. Однако одна из боевых миссий оказалась чрезвычайно важной.

Предполагалось, что в заливе Адлер, на западном побережье полуострова Газель на Новой Британии, у японцев была радарная станция, с помощью которой они засекали самолёты союзников, задолго до их появления над Рабаулом. Задача обнаружения и разрушения этого важнейшего объекта была поставлена двум экипажам, флайт-лейтенанта Б. Э. Оливера, и флайт-лейтенанта К. А. Фонтэйна. Они вылетели из Мунда в половине восьмого утра 29-го февраля, дозаправились горючим на Бугенвиле, и направились к побережью Новой Британии. В район поиска они вышли севернее залива Адлер, повернули на юг и пошли на поиски своей цели, держась непосредственно над верхушками деревьев, чтобы не быть обнаруженными врагом раньше времени.

Фонтейн, летевший на втором самолете, первым обнаружил радарную станцию, которая располагалась на расчищенном участке посредине низкого, покрытого кустарником мыса в южном конце залива. Он вызвал Оливера по радио, развернулся над морем и сделал заход на цель, прочесав территорию станции огнём крупнокалиберных носовых пулемётов. Он сбросил одну бомбу, затем, левым разворотом, зашел на цель снова, сбросив две бомбы, которые, впрочем, взорвались на передней стене утеса несколько выше цели. Первая атака полностью застигла врага врасплох, но теперь зенитчики были наготове, и самолет получил незначительные повреждения от зенитного огня.

Тем временем Оливер присоединился к атаке. Ориентируясь на дым от разрывов бомб Фонтэйна, он сделал три захода, сбросив по цели все свои шесть бомб. После этого Фонтэйн сбросил три последние бомбы по радиомачте. Когда самолёты развернулись в направлении своей базы, облака дыма полностью закрывали радарную станцию.

Пикирующие бомбардировщики должны были закончить работу на следующий день, но погода была неподходящей. Зато 2-го марта двенадцать «Донтлессов» и шестёрка «Эвенджеров» отправились в залив Адлер. Ударную группу лидировал Оливер, которому как первооткрывателю дорога была знакома. В результате он добрался туда за десять минут до появления основной авиагруппы, и успел сделать два одиночных захода. Из пяти сброшенных им бомб две пришлись по цели, одна по каким-то хижинам на берегу, а две последние угодили в море. В этот момент над целью появились пикировщики. После их атаки Оливер возвратился, чтобы оценить результаты, и сбросить свою последнюю бомбу. В результате относительно целым остался только радарный экран, который все еще нелепо торчал среди развалин. Оливер возвратился на следующий день вместе со Сквадрон-Лидером Гринуэем, они обстреливали и бомбили всё то, что ещё осталось от радарной станции, пока не разрушили её окончательно.

ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.
TBD1 Avenger 30-я Эскадрилья RNZAF. Пилот Флайт-сержант У. МакКензи, Бугенвиль, апрель 1944г.

С тех пор самолеты союзников уже могли приближаться к Рабаулу куда более спокойно, а 5-го марта соединение американских эсминцев необнаруженное проникло в канал Сент-Джордж, и безнаказанно обстреляло Симпсон Харбор. После бесконечных воздушных атак, этот дерзкий рейд окончательно убедил японцев, что полномасштабное вторжение было неизбежно. В Рабауле царили хаос и паника. Если бы союзники высадились именно тогда, они, возможно, одержали бы победу малой кровью. Боевой дух врага был крайне низким, большое количество складов и оборонительных сооружений уже было разрушено бомбовыми ударами, и в относительно боеспособном состоянии была только 38-я японская дивизия. Войска, которым удалось отступить к Рабаулу из западной части Новой Британии, были полностью дезорганизованы и никаким образом не смогли бы противостоять десанту союзников.

————————————————————————–
* «Beggar up finish»: pidgin English in the Solomons –«for kill, wipe out». Идиома на Пинджин Инглиш общепринятый в Микронезии и Полинезии ещё со времён Джека Лондона – дословно «Нищий кончился» что-то типа «наеб….ся да загнулся» (По-русски прозвучало бы скорее как «Звездец котёночку») – прим. переводчика

ОПЕРАЦИИ ИСТРЕБИТЕЛЕЙ – БОМБАРДИРОВЩИКОВ.

К концу февраля, японцы перебросили из Рабаула почти все оставшиеся у них исправные самолёты, и к началу марта стало ясно, что усиленное истребительное прикрытие бомбардировщиков больше не потребуется. Истребители RNZAF в последний раз сопровождали бомбардировщики 6-го марта, а три дня спустя американские бомбардировщики впервые появились над Рабаулом без истребительного прикрытия. С тех пор большое количество новозеландских и американских истребителей могли быть перенацелены на выполнение других задач. В связи с этим, многие из них были дополнительно оснащены бомбодержателями, а пилоты тренировались в бомбометании с пикирования.

Впервые новозеландские истребители-бомбардировщики атаковали Рабаул 7-го марта, когда двадцать самолетов 14-й и 18-й Эскадрилий, возглавляемые Винг-коммандером Си. Би. К. Николлсом (C.B.K.Nicholls), нанесли удар по городу. Авиагруппа вылетела из Торокина в семь утра. На месте дополнительного топливного бака, без использования которого прежде не обходился ни один рейд на Рабаул, под фюзеляжем каждого «Киттихаука» была подвешена пятисотфунтовая бомба. С 6-го марта аэродром на Грин Айленде, который новозеландские и американские войска заняли в средине февраля, уже мог принимать самолёты. Благодаря этому весь район к северу от Бугенвиля стал доступен для авиации союзников, а сам Грин Айленд, расположенный примерно на полпути от Торокина до Рабаула, стал идеальной промежуточной площадкой для технического обслуживания и аварийной посадки повреждённых самолётов. Там соединение дозаправилось и вскоре после одиннадцати утра появилось над Рабаулом на высоте шестнадцать тысяч футов. Они спикировали, сбросили свои бомбы с высот от двенадцати до восьми тысяч футов и оставили город покрытым густыми клубами дыма. Ни вражеские истребители, ни зенитная артиллерия не оказывали им никакого противодействия.

ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.
18-я Эскадрилья перед вылетом из Ондонги. На заднем плане американский F4U1 «Корсар»

С тех пор истребители – бомбардировщики RNZAF почти ежедневно наносили бомбо-штурмовые удары по Рабаулу до самого конца войны. Изначально использовались стандартные пятисотфунтовые фугасные авиабомбы, но позже выяснилось, что «Киттихауки» свободно могли поднимать и тысячефунтовую. Бомба, применяемая против складов, промышленных и городских сооружений, была пятисотфунтовым контейнером, содержащим сто двадцать шесть четырехфунтовых зажигательных бомб. Они рассеивались после сброса и вызвали широко распространенные пожары. Иногда, когда поставки ортодоксальных бомб по каким-то причинам задерживались, новозеландцы к всеобщему удивлению вполне успешно умудрялись использовать глубинные бомбы, которые исправно взрывались, несмотря на явно неприспособленную для их применения среду.

В течение марта Торокина подвергался артиллерийским обстрелам японцев в течение нескольких дней подряд. Самолеты были вынуждены по ночам перебазироваться на аэродромы Гринайленда и Ондонги, но на темпе воздушных ударов по Рабаулу это никак не сказывалось. В результате к 10-ому марта город был уже настолько разрушен, что истребители – бомбардировщики получили возможность переключиться на уничтожение запасов продовольствия и снаряжения, особенно в районах Вунапопе и Ратавала, где японцы рассредоточили большую часть своих складов по кокосовым плантациям. В попытке противостоять этим ударам, враг перебрасывал свои зенитные батареи с аэродромов на подвергающиеся атакам объекты, и время от времени, особенно над Вунапопе (Vunapope), нападавшие натыкались на интенсивный зенитный огонь. Однако интенсивность бомбардировок не снижалась в течение нескольких недель, после чего склады и линии снабжения были почти полностью разрушены.

В конце марта пикирующие бомбардировщики RNZAF стали принимать участие в воздушных ударах и по полуострову Газель. Их первый удар состоялся 27-го, когда шесть «Донтлессов» из 25-й эскадрильи, во главе с Флайт-Лейтенантом Дж. В. Эдвардсом, сопровождали две американских эскадрильи во время рейда в залив Талили, где находились склады боеприпасов и снаряжения. Самолеты пикировали с высоты десять тысяч футов до полутора, прежде чем сбросить свои бомбы, после чего обстреляли цель из пулемётов. Бомбардировка накрыла весь квадрат, в котором находилась цель, и на земле возникли большие пожары сопровождаемые взрывами боеприпасов. С конца марта, и до последних чисел мая, «Донтлессы» и «Эвенджеры» 25-й и 30-й эскадрилий почти каждый день принимали участие в бомбо-штурмовых ударах по складам аэродромам и позициям зенитной артиллерии вокруг Рабаула.

ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.
SBD1 Dauntless 6-я Эскадрилья RNZAF Пилот Флаинг-офицер Г. Си. Хоуи. Бугенвиль апрель 1944г.

До последней недели апреля истребители – бомбардировщики наносили удары сначала по городу Рабаул, а затем по военным объектам на полуострове Газель. После этого они вновь переключились на взлётно-посадочные полосы, которые японцы за это время умудрились восстановить. Чтобы проверить, мог ли аэродром быть выведен из строя силами одних только истребителей – бомбардировщиков, 23-го апреля ударная авиагруппа из двенадцати Лайтнингов, и двадцати четырех новозеландских «Киттихауков», усиленное двадцатью четырьмя «Аэрокобрами» 23-го апреля совершила налёт на авиабазу Тобера.

Винг-коммандер Николлс, возглавлявший новозеландцев, зафиксировал восемнадцать прямых попаданий пятисотфунтовых бомб по взлетно-посадочной полосе. Впоследствии истребители – бомбардировщики совершали регулярные налёты на Тоберу и остальные аэродромы Рабаула, не допуская их восстановления. Их действия были настолько эффективными, что с середины февраля до конца войны только единичным самолетам удавалось взлететь с перепаханных бомбами взлетно-посадочных полос.

В итоге, результаты воздушного наступления на Рабаул оказались следующими:

К концу февраля никакое судно, превосходящее по размерам десантную баржу, не могло использовать Симпсон Харбор, который когда-то был способен принимать до тридцати тонн грузов в сутки и служил базой для боевых кораблей японского флота.

ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.
Разбитые японские самолёты Тобера 1945 год

ВОЗДУШНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НА РАБАУЛ.
Уничтоженные десантные баржи. Симпсон-Харбор.

На пяти аэродромах Рабаула, когда-то самой сильной Японской авиабазы к югу от экватора, не осталось ни одного пригодного к эксплуатации самолета. Рабаул как город практически прекратил своё существование, а линии снабжения и склады подвергались разрушению настолько часто, что на полуострове Газель едва ли осталась хоть одна мало-мальски важная цель. В общей канве происходящего Королевские Новозеландские ВВС играли сравнительно небольшую роль, но в период с 17-го декабря 1943 года по 15-е августа 1945, от начала воздушного наступления до Дня VJ ( От Victory over Japan Day День победы над Японией (15 августа, день капитуляции милитаристской Японии во Второй мировой войне)), новозеландские пилоты сбросили на один только Рабаул двадцать тысяч шестьдесят восемь тонн бомб.

Следующие Новозеландские эскадрильи принимали участие в воздушном наступлении на Рабаул в период между 17-м декабря 1943 и 2-м июня 1944 года. Эти даты приводятся по первому и последнему боевому вылету эскадрильи в каждом оперативном цикле:

FIGHTER SQUADRONS

No. 14 Squadron 17 Dec 1943

No. 16 Squadron 17 Dec 1943 — 25 Dec 1943

No. 17 Squadron 19 Dec 1943 — 21 Jan 1944

No. 15 Squadron 7 Jan 1944 — 11 Feb 1944

No. 18 Squadron 27 Jan 1944 — 11 Mar 1944

No. 14 Squadron 12 Feb 1944 — 26 Mar 1944

No. 19 Squadron 12 Mar 1944 — 20 Apr 1944

No. 16 Squadron 28 Mar 1944 — 12 May 1944

No. 17 Squadron 23 Apr 1944 — 2 Jun 1944

BOMBER RECONNAISSANCE

No. 1 Squadron 23 Dec 1943 — 1 Feb 1944

No. 2 Squadron 29 Feb 1944 — 4 Apr 1944

DIVE BOMBER

No. 25 Squadron 27 Mar 1944 — 17 May 1944

No. 30 Squadron 28 Mar 1944 — 22 May 1944

FLYING BOAT

No. 6 Squadron 11 Feb 1944 — 31 Mar 1944

Персоналии: (приводится в оригинале)

1 Wing Commander J. H. Arkwright, DFC; farmer; United Kingdom; born Marton, 1920.

2 Wing Commander S. G. Quill, DFC; RNZAF, Wellington; born Porirua, 12 Oct 1919.

3 Wing Commander T. O. Freeman, DSO, DFC and bar; Royal Air Force; born Lawrence, 1916; killed on air operations, 17 Dec 1943.

4 Flying Officer A. S. Mills; clerk; Dunedin; born Invercargill, 20 Dec 1923.

5 Flying Officer M. E. Dark; draughtsman; born Sydenham, England, 1921; killed on air operations, 24 Dec 1943.

6 Pilot Officer E. C. Laurie, DFM; warehouseman; born Auckland, 1923; killed on air operations, 30 Apr 1944.

7 Squadron Leader M. T. Vanderpump, DFC, United States DFC; farmer; Hastings; born Auckland, 14 May 1920.

8 Flight Lieutenant J. O. MacFarlane; architect; born Auckland, 1920; killed on air operations, 17 Dec 1943.

9 Squadron Leader P. S. Green, DFC; clerk; Wellington; born Kawakawa, Auckland, 15 Dec 1919.

10 Flight Lieutenant H. J. Meharry; traveller; born Reefton, 1917; killed on air operations, 5 Aug 1944.

11 Wing Commander P. G. H. Newton, DFC, m.i.d.; engineering draughtsman; Christchurch; born Christchurch, 29 Sep 1917; appointed to short service commission in RNZAF, April 1939; Director of Operations, Air Department, August 1945—January 1946.

12 Squadron Leader J. H. Mills, m.i.d.; bank clerk; Auckland; born Dunedin, 1919.

13 Flying Officer D. A. Williams; cutter, born 25 Jan. 1920 Auckland.

14 Flying Officer K. W. Starnes; school teacher; born Motueka, 1919; killed on air operations, 18 Sep 1944.

15 Flight Lieutenant A. W. Buchanan; farmer; born New Plymouth, 1911; killed on air operations, 24 Dec 1943.

16 Flight Lieutenant P. S. Worsp; law clerk; born Auckland, 1916; killed on air operations, 24 Dec 1943.

17 Flying Officer D. B. Page; secretary, Wellington Stock Exchange; born London, 1912; killed on air operations, 24 Dec 1943.

18 Sergeant R. H. Covic; clerk; born Gisborne, 22 Jan 1924; killed on air operations, 24 Dec 1943.

19 Squadron Leader C. R. Bush, DFC; assurance agent; RNZAF Station, Ohakea; born Wellington, 7 Feb 1918; killed in aircraft accident in New Zealand, 30 Nov 1948.

20 Squadron Leader A. G. S. George, DFC; shipping clerk; Auckland; born Takapau, Auckland, 24 Nov 1922.

21 Flying Officer A. B. Sladen; warehouseman; born Motueka, 12 Oct 1920; killed on air operations, 9 Jan 1944.

22 Flying Officer D. L. Jones; electrical engineer; born Christchurch, 12 Feb 1921; killed on air operations, 9 Jan 1944.

23 Wing Commander H. C. Walker, AFC, US Legion of Merit; airline pilot; Union Airways, Palmerston North; born Edinburgh, 15 Mar 1908; competed in Melbourne Centennial Air Race, 1934.

24 Flight Lieutenant D. F. Ayson, DFC; linotype operator; Palmerston North; born Mosgiel, 9 Apr 1915.

25 Flying Officer R. J. Alford; farmhand; Cambridge; born Auckland, 1922.

26 Warrant Officer G. E. Hannah, DFM; boot repairer; Invercargill; born Invercargill, 7 Oct 1913.

27 Flying Officer S. P. Aldridge; engineer and farmer; born Te Kuiti, 16 Jun 1920; killed on air operations, 20 Aug 1944.

28 Flying Officer W. N. Williams, DFC, DFM; hairdresser; Christchurch; born Dunedin, 23 Nov 1913.

29 Wing Commander A. B. Greenaway; Royal Air Force; RNZAF Station, Wigram, Christchurch; born Toowoomba, Australia, 13 May 1911.

30 Squadron Leader B. E. Oliver, m.i.d.; sheep farmer; Whitehall, Cambridge; born Hamilton, 8 Feb 1912.

31 Flight Lieutenant C. A. Fountaine, DFC; farmer; Kumeroa, Woodville; born Frankton Junction, 24 Nov 1918.

32 Group Captain C. W. K. Nicholls, DSO; Royal Air Force; Sheffield, England; born Palmerston North, 1913.

33 Flight Lieutenant J. W. Edwards; school teacher; born Auckland, 1915; killed on air operations, 10 May 1944.

modelizmspb.temza.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.